Товарищи смотрели на чернокожего гиганта с восторженным изумлением; они слишком хорошо знали, что он слов на ветер не бросает.

Ватрен поспешил сменить тему разговора:

— Какое сегодня число?

—Девятое ноября, — ответил Канид — А не все ли равно?

Ватрен покачал головой.

— Всего три месяца назад Орест представил своего сына Сенату, а теперь он уже должен защищать своего сына от ярости Одоакра. Если Аврелию повезет, он доберется туда примерно к середине ночи. Подкрепление сможет выйти на рассвете и будет здесь через два дня. Если Одоакр еще не занял все мосты и перевалы, и если Орест имеет преданные ему войска, и если он сумеет поднять их сразу, и если…

Его слова были заглушены ударами тревожного гонга, зазвеневшего на сторожевой башне. Стражи закричали:

— Они атакуют!

Ватрена словно хлыстом обожгло. Он мгновенно закричал:

— Поднять знамя! Все — на боевые посты! Машины — на огневые позиции! Лучники — к частоколу! Воины легиона Nova Invicta! Этот лагерь — последний оплот Рима, священной земли наших предков! Мы должны удержать его любой ценой! Покажите этим тварям, что римская честь жива и поныне!

Он схватил метательное копье и помчался к своему месту на укреплении. И в то же мгновение по склонам холмов прокатился вой варваров, и конники тысяча за тысячей ринулись вперед, сотрясая землю. Они волокли за собой боевые колесницы и толкали телеги, нагруженные заостренными кольями, они всерьез подготовились к тому, чтобы взять лагерь римлян. Защитники высыпали на стену, натянув тетивы своих луков, держа в крепко стиснутых кулаках рукоятки дротиков и копья, бледные от напряжения, с покрытыми холодным потом лбами…

ГЛАВА 2

Флавий Орест сам встречал гостей у дверей своей загородной виллы: столичную знать, сенаторов, высших армейских офицеров… все явились с семьями. Лампы были уже зажжены, и обед готов: можно было начинать праздновать тринадцатилетие его сына. И уже три месяца прошло с того дня, когда юный Ромул Августул взошел на трон.